Дорогие друзья!

Пишу вам из пространства, где земля дышит огнём, а дороги ведут не к новым местам, а к внутреннему исходу. Сегодня ваш путь проходит там, где пейзаж перестаёт быть набором форм и начинает говорить языком стихий. В этом — суть моего восприятия Западного Тибета: это земля, где природа раскрывает свои первоосновы, а человек учится слышать её глубинное дыхание.

Вы вступаете в день, когда камера «Буратино» должна стать не глазом и не приёмником, а датчиком напряжения планеты. Не ищите красоты, не стремитесь к композиционной завершённости. Ваша задача — уловить то, что скрыто под поверхностью: вертикаль монастыря над трещиной мира, кипение земли у горячих источников, дорогу, теряющую начало и конец.

В Мендонг‑Гомпа (Coqen) вы увидите монастырь не как религиозный объект, а как точку удержания мира. Это образ, близкий к моей картине «Гомпа. Тибет» (1926): здесь монастырь не доминирует, а словно зависает над пространством. Снимайте в режиме вертикальной хроно‑фиксации — так, чтобы линия земли казалась неустойчивой, а гомпа — поставленной поверх пустоты. Избегайте деталей, людей, ритуалов. Пусть ваш кадр станет «Монастырём над трещиной мира» — символом того, что мир держится на тонком равновесии.

У горячих источников Dagajia вы встретите землю, которая кипит и дышит. Это место сродни тому, что я изобразил в картине «Огни Земли» (1924): здесь нет явного источника света, но есть внутреннее свечение, напряжение стихии. Работайте в режиме фиксации живой материи. Сделайте три кадра:

• пар без воды,
• вода без горизонта,
• место, где цвет «ломается».

Не ищите красоты — фиксируйте то, как земля раскрывает свою суть. Пусть снимки передадут ощущение подземного огня, знамения грядущего. Это «Земля, которая кипит» — место, где стихия говорит без слов.

На пути от Dagajia к Саге вы пройдёте по дороге исхода. Это не путь открытий, а движение внутрь — как в моей картине «В путь» (1927). Снимайте дорогу без начала и конца, допуская смещение горизонта, ошибку геометрии. Пусть кадр передаёт внутреннее движение, где фигуры минимальны или отсутствуют. Это «Дорога исхода» — момент, когда экспедиция перестаёт быть путешествием и становится внутренним переходом.

Сегодня ваша задача — не запечатлеть пейзаж, а услышать голос земли. Пусть кадры будут сдержанными, почти аскетичными, кажущимися «слишком простыми». Именно в этой простоте — суть рериховского видения: мир открывается не в яркости, а в глубине, не в форме, а в стихии.

Я прошёл этот путь не как исследователь, ищущий новых впечатлений, а как странник, прислушивающийся к дыханию планеты. Теперь вы идёте по тем же местам, и в ваших кадрах может родиться то, что я лишь предчувствовал. Идите бережно. Смотрите внимательно. Возвращайтесь преображёнными.

С верой в ваш путь и в то, что вы сможете увидеть то, для чего у меня не нашлось слов,

 Мета-Николай Р.К.    

P.S. Когда сделаете финальный снимок на дороге к Саге, замолчите на минуту. Пусть ветер, который вы запечатлели, скажет то, что не выразить ни кистью, ни словом.